241235901

Секс, наркотики, Кремниевая долина

👁 508

Vanity Fair logo

«О боже, это хрень какая-то»: темная сторона разнузданной Кремниевой долины.

Некоторые из самых влиятельных мужчин в Кремниевой долине регулярно принимают участие в эксклюзивных вечеринках, напичканных наркотиками и приправленных сексом, — собраниях, которые они преподносят не как скандальные или тайные мероприятия, а как яркий, нетрадиционный образ жизни. Но пока мужчины спокойно трахаются, женщины часто оказываются в дураках. В адаптированном отрывке своей новой книги «Бротопия» (Brotopia) Эмили Чен (Emily Chan) проливает свет на утомительные и токсичные взаимоотношения внутри этого сообщества.

Romans of the Decadence (1847), by Thomas Couture, as updated to parody Silicon Valley’s male-dominated sexual and sexist culture.

 

Romans of the Decadence (1847), by Thomas Couture, as updated to parody Silicon Valley’s male-dominated sexual and sexist culture.
Photo Illustration by Darrow.

Примерно раз в месяц, в пятницу или субботу вечером, технократы Кремниевой долины собираются на вечеринку, где нет недостатка в наркотиках и сексе. Иногда местом встречи становится грандиозный особняк в районе Сан-Франциско Pacific Heights, иногда — шикарный дом в предгорьях Атертона или Хилсборо. В особых случаях гости отправляются на чью-нибудь виллу в долину Напа, или в частные владения на пляже Малибу, или на корабль у побережья Ибицы, и тогда вакханалия будет длиться все выходные. Места меняются, но многие участники и цели остаются неизменными.
Истории, которые мне рассказали почти две дюжины человек, посещавшие эти мероприятия или имеющие хорошее представление о них, примечательны сразу в нескольких отношениях. Многие их участники ничуть не смущены, не говоря уже о каком-то чувстве стыда. Напротив, они с гордостью утверждают, что ниспровергают традиции и устои в своей личной жизни так же, как делают это в мире технологий, которым управляют. Как Джулиан Ассанж, развенчивающий национальное государство, представители этой индустрии говорят о таких мероприятиях в самодовольном тоне, не принимающем в расчет никакой критики. Их поведение на этих элитных вечеринках — выражение прогрессивности и открытости ума, смелости, если хотите, что позволяет им думать, что они могут изменить мир. И они считают, что их право на разрушение не ограничивается миром технологий, а распространяется и на общество. Однако мало кто из опрошенных захотел описать мне эти мероприятия, не заручившись гарантией анонимности.

Одно дело, если бы все ограничивалось личной жизнью. Но то, что происходит на этих секс-вечеринках, как и в открытых отношениях, к сожалению, на этом не заканчивается. Разгульная сексуальная жизнь, к которой стремятся мужчины из мира технологий, от элиты до рядовых, влияет на то, как ведется весь бизнес в Кремниевой долине.
Секс-вечеринки звезд информационных технологий
По словам тех, кто побывал на этих вечеринках, в число гостей и хозяев входят влиятельные инвесторы первого круга, известные предприниматели и топ-менеджеры. Некоторые из них — титаны Долины, притча во языцех. У гостей женского пола — разная квалификация. Если вы привлекательны, сговорчивы и (как правило) молоды, то можете не волноваться насчет вашего резюме или состояния счета. Некоторые из женщин работают в сфере информационных технологий Области залива Сан-Франциско, а другие — из Лос-Анджелеса или откуда-то поблизости и заняты в смежных отраслях вроде недвижимости, личностных тренингов и связей с общественностью. Иногда соотношение числа женщин к числу мужчин составляет примерно два к одному, так что у мужчин более чем достаточный выбор. «Вы сразу понимаете, что это вечеринка такого рода, — рассказал мне один инвестор. — На обычных технологических вечеринках вообще почти не бывает женщин. А на этих их просто навалом».

© AP Photo, Eric Risberg, File /На территории штаб-квартиры Google в городе Маунтин-Вью в Кремниевой долине

Я считаю, что очень важно рассказать эту историю о том, как маргинализуются женщины на этих мероприятиях, пусть даже они участвуют в них по собственной воле. Одна инвестор-женщина, которая слышала про эти вечеринки еще до того, как я решила с ней поговорить, сказала мне: «Женщины, участвующие в этой системе, хотят улучшить свою жизнь. Они в Кремниевой долине — низший класс». Инвестор мужского пола, который работает на одного из самых могущественных мужчин в сфере информационных технологий, высказал такую точку зрения: «Я вижу множество мужчин-руководителей, которые спят с десятками женщин одновременно. Но раз никто из этих десятков женщин не имеет ничего против, преступление ли это? Можно сказать, что это отвратительно, но это законно и лишь укрепляет систему, принижающую женщин».
Для ясности надо сказать, что имеется широкий спектр различных вечеринок, посвященных нетрадиционным сексуальным схемам. Некоторые сборища, посвященные исключительно сексу, могут проводиться без алкоголя и без наркотиков (чтобы обеспечить безопасность и эффективность) и предполагают сбалансированное соотношение полов. Другие полны наркотиков и женщин и обычно заканчиваются групповыми «обнимашками» и возней, переходящими в лишь немного более сдержанные сексуальные контакты.
Мужчины приходят только по непосредственному приглашению хозяина, и часто они могут взять с собой столько женщин, сколько захотят, а вот дополнительного гостя мужского пола с собой привести нельзя (это нарушило бы запланированное соотношение полов). Приглашения распространяются устно, через Facebook, Snapchat (который отлично подходит, так как сообщения быстро исчезают) или даже при помощи услуг Paperless Post. Ничто в формулировках не намекает на «секс-вечеринку» или «групповые обнимашки» на тот случай, если приглашение кто-то перешлет или сделает скриншот. Кроме того, нет никакой необходимости это проговаривать: приглашенные гости и так понимают, о какой вечеринке идет речь. Женщины также распространяют информацию среди своих подруг, не особо скрывая, что от тех ожидается. «Они могут сказать: „Не хочешь ли прийти на вот эту очень эксклюзивную горячую вечеринку? Тема — связывание», — рассказала мне одна женщина-бизнесмен. — „Это в доме одного венчурного капиталиста, и он просил меня тебя пригласить»».
Возможно, эта система — лишь одно из многих ответвлений сексуально-прогрессивной Области залива Сан-Франциско, которая породила также пустынный фестиваль свободного самовыражения Burning Man, сейчас очень популярный в среде технической элиты. Тем не менее подавляющее большинство людей из Кремниевой долины и не подозревают о существовании секс-вечеринок такого рода. Если вы читаете это и, качая головой, говорите: «Это не та Кремниевая долина, которую я знаю», возможно, вы — не богатый и напористый инвестор или венчурный капиталист мужского пола и не женщина, работающая в сфере информационных технологий в возрасте чуть за 20. И вы в любом случае, не поймете этого. «Любой, кто не участвует в этом, посмотрит на все и скажет: о Боже, это хрень какая-то, — сказала мне одна женщина-бизнесмен, — но люди, которые имеют к этому отношение, воспринимают происходящее совсем по-другому».

© РИА Новости, Александр Уткин /В Москве состоялось афтепати легендарного фестиваля Burning Man

Вот как проходит ночь, по словам тех, кто там побывал. Гости приходят до ужина и проверяются охранниками из частной службы безопасности, которые завернут вас восвояси, если вашего имени нет в списке приглашенных. Иногда вечеринки обслуживаются приглашенным персоналом. Но на самых интимных сборищах гости готовят ужин вместе, так что им не приходится выставлять помощников вон после десерта. Сначала беседе способствует алкоголь, пока, наконец, на свет не извлекаются наркотики. Какая-нибудь форма МДМА, типа экстази или молли, известных тем, что превращают в малознакомых людей в невероятно нежных друзей, — это основа таких мероприятий, вплоть до того, что таблетки молли стали частью логотипа некоторых популярнейших информационно-технологических компаний. Кое-кто называет эти вечеринки «E-parties».
МДМА — мощный наркотик длительного действия, обеспечивающий комбинированный эффект эйфории и маниакальной энергии, который захватывает вас на три-четыре часа. Пока горит допаминовый пожар, в доме, где проходит вечеринка, начинают вспыхивать новые связи, а обычные ограничения отступают. Люди начинают обниматься и целоваться. Это не групповые оргии как таковые, но начинают разбиваются по двое и по трое. Они могут отправиться в одну из множества комнат или улечься в открытую. Ночь переходит в утро, гости собираются на завтрак, после чего могут заняться сексом снова. Еда, наркотики, секс — и так по кругу.
Эти секс-вечеринки случаются в среде инвесторов и основателей компаний так часто, что не представляют собой чего-то скандального или даже по-настоящему секретного. Как я уже сказала, это просто выбор стиля жизни. Сейчас не времена сухого закона и не эра Маккарти, напоминают мне люди: это Кремниевая долина, XXI век. Никого не приводят сюда силой, и ничто не скрывается, даже если участники женаты или состоят в официальных отношениях. Просто в реальном мире они ведут себя сдержанно. Многих гостей приглашают сюда парами, в том числе и состоящих в официальном браке, — ведь открытые отношения стали новой нормой.
Некоторые вечеринки могу быть в первую очередь посвящены наркотикам и сексу, другие могут иметь лишь отдельные черты таких развлечений, так что некоторые гости оказываются застигнуты врасплох. В июне 2017 года одна молодая женщина — назовем ее Джейн Доу (Jane Doe) — получила приглашение через Paperless Post на «вечеринку на краю земли» дома у одного состоятельного венчурного инвестора. Приглашение предназначалось для «прекрасной искательницы приключений, одетой в духе сафари-шика или в этнический наряд». По иронии судьбы, сборище проводилось неделю спустя после того, как были выдвинуты обвинения в сексуальных домогательствах против сооснователя Binary Capital Джастина Колдбека (Justin Caldbeck), но это, похоже, не отбило охоту у некоторых гостей побаловать себя тяжелым петтингом на виду у всех.
«Это было прямо в разгар того дела с Binary, — сказала мне Джейн, имея в виду скандал с этим инвестиционным фондом, — и это было так нелепо». Доу оказалась на полу с двумя парами, включая одного мужчину-бизнесмена и его жену. Пол гостиной был покрыт белым искусственным пушистым мехом и подушками, куда в течение вечера время от времени, как рассказала Доу, опускались люди, чтобы начать поглаживать друг друга. В итоге получились огромное «лежбище» с групповыми «обнимашками». Один инвестор, одетый в костюм кролика (интересно, как это сочетается с темой «края земли»), предложил Джейн Доу какой-то порошок в полиэтиленовом пакетике. Это был молли. «Они сказали, что это просто поможет мне расслабиться, и тогда мне понравятся прикосновения», — рассказала мне Доу.
Нервничая, она опустила палец в порошок, а затем отправила его в рот.
Вскоре она сдалась. Тогда инвестор мужского пола спросил, можно ли ее поцеловать. «Это было так странно, — сказала она. — Я такая говорю: но ведь твоя жена тут, для нее это нормально?» Жена учредителя сказала, что да, нормально. Джейн Доу, которая считает себя весьма склонной к приключениям носительницей свободных взглядов, поцеловала мужчину, но потом ей стало дискомфортно, она почувствовала, что кто-то словно давит на нее или принуждает. «Я не знаю, что делаю, чувствую себя очень глупо, меня очень повело от наркотика, ведь я не употребляла такого раньше, и он это знал», — рассказала она. Она попыталась сбежать в другое помещение. «Я чувствовала себя мерзко, ведь я участвовала в петтинге с ним, и после этого он пытался меня найти, а я пыталась сбежать и спрятаться. Я помню, я ему сказала, „а не будут ли люди задавать вопросы?» А он сказал: „Люди, которые меня знают, понимают, что происходит, а до незнакомых мне нет особого дела»». Незадолго до рассвета она запрыгнула в свою машину и уехала. «Что в этой ситуации неправильно, так это то, что там настолько доминируют деньги и власть. Это проблема, потому что это злоупотребление властью. Я в жизни в этом больше не буду участвовать».
«Пусть эта конкретная женщина и чувствовала себя так, будто ее заманили в западню, обычно, если вас приглашают на такое мероприятие впервые, друг разъяснит вам, на что вы подписываетесь, и от вас ждут, что вы будете держать это при себе. Вы ведь знаете, что если вы употребляете наркотики с коллегой по работе, то вам не следует об этом кому-то говорить, то же самое касается и секса. Другими словами, мы ничего не скрываем, но на самом деле вроде как скрываем. Вас могут пригласить, только если вам можно доверять, а также если вы будете участвовать в игре. Вы можете решить не сходиться с кем-то конкретным, но вы не можете отвергнуть всех, иначе это будет вуайеризм. Так что если не будешь участвовать, то и не приходи», — говорит один частый гость на таких вечеринках, целеустремленный, путешествующий по всему миру бизнесмен, которого я назову Учредитель X.

Они вовсе не обязательно считают себя хищниками. Когда они смотрят в зеркало, то видят личностей, которые создают новую парадигму поведения, сдвигая границы общественных моральных норм и ценностей. «Это возможно благодаря тем же прогрессивности и открытости, которые позволяют нам быть креативными и рождать оригинальные идеи», — сказал мне Учредитель X. Когда я спросила его об опыте Джейн Доу, он сказал: «Это частная вечеринка, где люди хотят провести время вместе, там полно женщин и полно людей, которые обламываются. На любой вечеринке может возникнуть ситуация, когда кто-то переходит черту. Кто-то обломался, кто-то сделал лишнее, но тут дело не в групповых обнимашках, дело в том, что надо знать меру. Разве не точно так же дела обстоят везде?» Возникает, однако, хороший вопрос, почему же тогда эти прогрессивные сексуальные приключения имеют такую сильную тенденцию соответствовать мужским гетеросексуальным фантазиям? От женщин часто ждут, что они будут принимать участие в сексе втроем с еще одной женщиной, а гомосексуальные или бисексуальные мужчины подозрительно отсутствуют. «Странно, но в голову даже мысль не может прийти, что парни могут быть бисексуальными или с причудами, — сказал один инвестор, который бывает на таких вечеринках и женат (я буду называть его Женатый Инвестор). — Тут, без сомнения, двойной стандарт». И, если не принимать во внимание новые виды наркотиков, все эти истории словно вышли из Особняка Плейбоя примерно 1972 года.
У меня была подробная беседа с соучредителем Твиттера Эваном Уильямсом (Evan Williams) о своеобразном сочетании дерзости, эксцентричности и богатства, переплетенных в Кремниевой долине. Уильямс, который сейчас женат и имеет двоих детей, стал знаменитостью Интернета благодаря первой своей компании Blogger. По его словам, он никогда не был свободным от отношений, известным и богатым одновременно, поэтому сам он не присоединился, но может понять побуждения своих «коллег». «Это странное место, где были созданы самые невероятные вещи в мире, и потому оно привлекает людей такого типа. Чего еще можно ждать от людей, которые находятся на передовой тестирования всего нового и не считают это странным и выдающимся?» Хотя, с одной стороны, он сказал, что «если вы мыслите, как все остальные, вам не удастся создать будущее», с другой, тем не менее предостерег, что иногда это «рецепт катастрофы».
Богатые мужчины, ожидающие легкодоступного секса с женщинами — это не что иное, как новая парадигма. Но у многих звезд Кремниевой долины есть одна общая особенность: отроческий период они провели в одиночестве без всякого контакта с противоположным полом. Женатый Инвестор описывал свою подростковую жизнь как годы, проведенные за компьютерными играми — и никаких свиданий вплоть до 20 лет. Сейчас, к его восхищению, он оказался в кругу уважаемых и дерзких друзей из сферы информационных технологий, у которых есть деньги и ресурсы выполнять каждое свое желание. И после долгих лет ограничений и тоски он живет, не сдерживая фантазию, и его жена — вместе с ним.
История Женатого Инвестора — о том, что нынешняя жадность объясняется сексуальной депривацией в подростковом возрасте, и это лишь одна из множества подобных историй, которые я слышала в Кремниевой долине. Они наконец-то берут свое.
Охотницы на учредителей
Нередко можно услышать, что Кремниевая долина кишит женщинами, которые ищут, как бы им заняться бизнесом, выйдя замуж за богатых титанов информационных технологий. Действительно ли таких женщин настолько много, вопрос спорный. Однако история о них популярна и широко распространена, по крайней мере, среди состоятельных мужчин, которые боятся пасть их жертвой. На самом деле, у них даже есть специальный термин для обозначения преследующих их женщин: «охотницы на учредителей» (founder hounders).
Когда я спросила Учредителя Х, не пользуются ли эти мужчины женщинами в своих интересах, скармливая им на секс-вечеринках наркотики, которые блокируют ограничения, он ответил, что, напротив, это женщины пользуются им и людьми его круга, охотясь на них из-за денег. На пути к возможной прибыли в много миллионов долларов некоторые молодые учредители фондов и компаний, как они рассказывают, вдруг замечают, как начинают мистическим образом привлекать все больше и женщин, какими бы странными, неприятными и непривлекательными они ни были.
Сколько бы охотниц на учредителей ни существовало, образ этих женщин широко распространен в умах учредителей Кремниевой долины, и они часто обмениваются историями о женщинах, с которыми встречались. Как сказал мне об этом Учредитель Х: «Мы рассказываем, является ли та или иная девушка чертовой золотоискательницей или нет, чтобы знать, кого избегать».
Когда я рассказываю это Аве, молодой женщине-предпринимателю, попросившей меня не раскрывать ее настоящую личность, она закатывает глаза. По словам Авы, которая встречалась с несколькими учредителями, это мужчины, а не женщины, похоже, одержимы демонстрацией своего богатства и привилегий. Она рассказывает мне, как богатые мужчины возили ее на самолете в разные экзотические места, размещали в причудливых отелях и пытались охмурить ее другими путями. Точку зрения Авы подтверждают профили в приложениях для знакомств: там мужчины регулярно хвастаются своей работой в сфере информационных технологий или стартапами. В их онлайн-профилях практически говорится: «Привет, не хочешь приехать ко мне, посмотреть на мой фондовый опцион?»
По опыту Авы, однако, едва такие мужчины заманили женщину на эту территорию, они быстро выставляют ее обратно. После нескольких экстравагантных свиданий, говорит Ава, она заводила разговор, куда движутся все эти отношения. Тогда мужчины все прекращали, причем многие использовали одно и то же объяснение. «Они говорят: „Я все еще догоняю. Я потерял девственность в 25″, — рассказала мне Ава. — А я говорю: „Ну, тебе уже 33 сейчас, разве кто-то из нас еще чего-то не догнал?» В любом другом контексте [эти необыкновенные свидания] были бы романтичными, но вместо этого оказывается, что причина — в том, что никто не хотел с этими ребятами спать, пока они были в институте. Я, честно говоря, думаю, что они просто хотят реванша, ведь прежде женщины их не хотели».

© РИА Новости, Рамиль Ситдиков | Перейти в фотобанк / Вечеринка Burning Man Decompression

Скептический взгляд Авы на недавно разбогатевших магнатов был бы забавен, если бы панический страх тех перед золотоискательницами не маскировал кое-что серьезное. Жалоба на преследования женщин часто используется некоторыми звездами мира информационных технологий как извинение и оправдание собственного хищнического поведения.
Если подвести итог, то здесь очень много значит эго. «Это здорово, — говорит Учредитель Х. — Ты хорошо зарабатываешь. Ты привлекателен для отношений. Зачем мне идти на компромисс в делах, не связанных с работой? Зачем мне жениться? Зачем принадлежать кому-то одному? Если есть пара девушек, которые вами интересуются, вы можете им сказать: „Я рад встречаться с тобой, но я не буду принадлежать тебе безраздельно». От этого отталкиваются парни, которые не смогли обзавестись девушкой в институте».
Кроме того, эти элитные учредители, исполнительные директора и венчурные капиталисты считают себя более влиятельными, чем когда-либо могут стать самые передовые банкиры, актеры или спортсмены. «Наш статус — выше, чем у какого-нибудь случайного богатого чувака, потому что мы делаем продукты, которые затрагивают множество людей, — говорит Учредитель Х. — Ты снимаешь фильм, и люди смотрят его в какие-нибудь выходные. Ты делаешь продукт, и он влияет на жизни людей годами».
Как минимум с финансовой точки зрения Учредитель Х прав. Доходы первоклассных актеров и волков Уолл-Стрит, бесспорно, не настолько впечатляющие, как у элиты Кремниевой долины. Управляющие директора инвестиционных банков могут получать миллион в год и заработать десятки миллионов в течение долгой карьеры. Самые высокопоставленные сотрудники фирм в сфере информационных технологий вроде Uber, Airbnb и Snapchat могут заработать в несколько раз большую сумму за несколько лет. Такие знаменитости, как Эштон Катчер (Ashton Kutcher), Джаред Лето (Jared Leto) и Леонардо ди Каприо (Leonardo di Caprio), тоже запрыгнули в этот скоростной поезд, и сейчас лично инвестируют в информационно-технологические компании. Звезда баскетбола Коби Брайант (Kobe Bryant) запустил собственную венчурную фирму. Леброн Джеймс (LeBron James) решил перестать быть просто спортсменом и также вступил в ряды инвесторов и предпринимателей.
Учитывая то, что и знаменитые актеры и спортсмены хотят поучаствовать в деле информационных технологий, немудрено, что кое-кто из Кремниевой долины имеет высокое мнение о своей привлекательности и достойности в сфере сексуальной жизни. В Долине такое отношение часто преподносится как просвещенное, как вклад в эволюцию человеческого поведения.
Но, по мнению многих женщин, которые рассказывали мне об этом, это просто недавно зародившееся сексистское поведение, облаченное в многословную высокопарную болтовню, которая лишь укрепляет традиционные структуры власти, принижает женщин и продвигает величайшее мужское гендерное самолюбие, то есть становится очередной манифестацией «бротопии».
Когда я говорила о секс-вечеринках Кремниевой долины, особенно о тех, где число женщин резко превосходит число мужчин, с Элизабет Шефф (Elisabeth Sheff), писательницей и профессором из Чаттануги, два десятилетия изучавшей открытые отношения, ее реакция была бурной: «Это эксплуатация. Это старая школа, охреневшее мужское высокомерие и пограничная проституция, — сказала она. — Мужчинам не приходится продавать себя, потому что у них есть деньги. „У меня должна быть возможность переспать с женщиной, потому что я — богатый чувак». Это ни на йоту не прогрессивно, а все то же надоевшее дерьмо, когда пытаются создавать новое, сохраняя старые взгляды, а все эти старые взгляды основываются на патриархате, то есть реализуются за счет женщин».
Дженнифер Рассел (Jennifer Russell), которая занимается хорошо известным лагерем Camp Mystic на фестивале Burning Man, относится к этому явлению с большим пониманием. «Мужчин и женщин равно привлекает создание структуры, которая позволяет им в полной мере сексуально самовыражаться, а мероприятия типа этого — безопасное место, чтобы попробовать, — говорит она, — это лучше, чем идти в свингерский клуб, потому что здесь вы у кого-то дома и окружены людьми, которых знаете».
Женатый Учредитель признает, однако, что многим мужчинам эти вечеринки нужны не для самовыражения, а просто ради «спортивного траха».
«Некоторые парни размахивают своими телефонами и показывают галерею трофеев — девушек, с которыми они мутили, — рассказал он. — Возможно, такое поведение было характерно и для Уолл-Стрит, но только там это признавалось. А эти учредители и инвесторы делают то же самое, но стараются не признаться в этом. С одной стороны, они говорят о разнообразии, а с другой — тут же всю эту чепуху».
Новая парадигма для подавления женщин
Для успешных женщин в Кремниевой долине эти нарко-секс-вечеринки — настоящее минное поле. Дело не в том, что женщины из сферы технологии в Области залива Сан-Франциско более щепетильны, чем большинство: сомневаюсь, что современная история видела женскую когорту, более смелую и раскованную в том, что касается исследования сексуальных связей, чем они. Проблема — в том, что культура сексуального авантюризма, которая сейчас охватывает Кремниевую долину, имеет тенденцию иметь больше последствий для женщин, чем для мужчин, особенно в том, что касается карьеры в сфере информационных технологий.
Возьмем предпринимательницу в разных областях Эстер Кроуфорд (Esther Crawford), знакомую с секс-вечеринками (особенно с теми, где равное соотношение полов и строгие правила насчет согласия) и откровенно говорящую о своих сексуальных экспериментах и открытых отношениях. Несколько лет она состояла в немоногамной связи с Крисом Мессиной (Chris Messina), бывшим сотрудником Google и Uber, известным как изобретатель хэштегов. Не так давно Кроуфорд и Мессина вместе запустили проект, который назвали «Молли» — возможно, не случайно так же, как называется наркотик. В его рамках они разрабатывают «неосуждающего друга, который будет поддерживать вас на пути к большему самоосознанию» (на основе искусственного интеллекта). Также они решили на некоторое время стать моногамными, почувствовав, что другие люди стали слишком все усложнять. «В будущем отношения будут не только с людьми, но и с искусственным интеллектом», — сказала мне Кроуфорд. К декабрю 2017 года они привлекли на свой новый проект полтора миллиона долларов. В то же время Кроуфорд остро осознает суровую реальность, в которой женщина-бизнесмен сталкивается с множеством трудностей, с которыми не сталкиваются мужчины. В частности она обнаружила, что женщине за эксперименты с личными сексуальными связями приходится платить.

Когда Кроуфорд собирала средства на свой второй проект, посвященный социальному приложению Glmps, она отправилась на ужин с инвестором-меценатом в крутой ресторан на улице Валенсия в Сан-Франциско. В конце ужина он протянул ей чек на 20 тысяч долларов, а затем немедленно попытался ее поцеловать. «Я абсолютно точно не подкатывала к нему, — утверждает она, — я отстранилась, он заказал мне такси, и я сказала, что мне надо домой». Кроуфорд думает, что, похоже, этот конкретный инвестор знал о ее сексуальной открытости, и ему было трудно воспринимать ее лишь как предпринимателя, а не как потенциального сексуального партнера. Эта встреча — пример того, какую именно цену платят женщины, решив участвовать в этой системе, работающей по правилу «мы все любим секс».
Ава была исполнительным помощником в Google, когда она наткнулась на своего женатого начальника в одном клубе любителей связывания в Сан-Франциско. Ему делала минет привязанная к скамейке для шлепков женщина, в которую входил сзади другой мужчина. Ава и ее босс, инженер-разработчик, встретились глазами, но не обменялись ни словом, и никогда больше об этой встрече не говорили. Однако через несколько месяцев на неофициальной встрече Google к ней подошел другой женатый коллега-мужчина. «Он меня шлепнул, а я такая: „Ты что делаешь? Не трогай меня. Ты вообще кто такой? » А он: „Я знаю, кто ты. Парни говорят, ты любишь такие вещи»». Кто-то выдал Аву. Вскоре она уволилась из Google. «Доверие и безопасность работают лишь в одну сторону, — говорит Ава. — Ярлык о том, что женщина делает это, обходится гораздо дороже. Предполагается, что ты входишь в индустрию, где все такие открытые и понимающие, но про то, как за это платят женщины, известно гораздо меньше».
Кроуфорд не может даже сосчитать, сколько раз мужчины говорили ей, как ей повезло иметь возможность встречаться с таким количеством достойных мужчин в сфере технологий, где они доминируют. «Из всех привилегий в мире это — вовсе не то, что я бы предпочла, — говорит она яростно. — Я бы лучше выбрала равноправную плату за равную работу. Я бы выбрала лучший доступ к капиталу и власти. Я бы предпочла, чтобы меня не обходили молчанием на маркетинговых мероприятиях. Я бы предпочла не иметь повода опасаться, что окажусь среди 23,1 % студенток вузов, которые подвергаются сексуальному насилию. Я бы предпочла, чтобы меня не стыдили за то, что я экспериментирую со своей сексуальностью».
Женатый Учредитель признает, что он может отказаться нанимать или финансировать женщину, с которой сталкивался на этих секс-вечеринках и сборищах. «Если друг или ты сам видел их полуголыми на Burning Man, то все эти связи начинают играть роль, — говорит он. — Такие вещи случаются. Из-за этого Сан-Франциско кажется, порой, по-настоящему маленьким и замкнутым: все ходят на свидания со всеми». Мужчины и правда занимаются бизнесом на секс-вечеринках и в стрип-клубах. Но если женщины оказываются в таких ситуациях, они рискуют потерять доверие и уважение.
Как говорят женщины-предпринимательницы, эти «деловые» вечеринки стали настолько распространены, что отказ в них участвовать может сделать их изгоями. «Очень трудно наладить личный контакт с мужчиной-инвестором, и если вы преуспеваете, то вызываете у них интерес, — рассказала одна из них мне. — Они начинают думать, что вы — часть их ближайшего круга, а в Сан-Франциско это значит, что вас начинают приглашать на какие-нибудь оргии. Я никак не могла этого избежать здесь. Не ходить туда было серьезно». Им скорее покажется странным не то, что ты туда ходишь, а то, что ты не ходишь, рассказала мне эта предпринимательница. «Тот факт, что ты туда не ходишь, смущает их, — сказала она. — Они обсуждают дела на этих вечеринках, а это значит, что ты остаешься за бортом важных разговоров. Они ведут бизнес. Принимают решения». Наконец, предпринимательница наелась всего этого досыта, и вместе со своим стартапом переехала в Нью-Йорк, покинув Кремниевую долину навсегда.
Женщины, которые принимают эти вечеринки, редко получают от них какую-то деловую выгоду. «Хочется, чтобы тебя приняли и приглашали на такие мероприятия, и иногда кажется, что ходить туда продуктивно, и что ты могла бы быстрее продвигаться, развивая связи таким образом, — сказала одна работница сферы технологий. — Но через время я поняла, что это лживая реклама, и женщины не должны думать, что это способ продвинуться. Это очень рискованно: единожды попав в этот круг, единожды решив вступить в игру, вы уже не сможете сдать назад. Если вы действительно думаете, что это позволит вам добиться чего серьезного в карьере, то это иллюзия».
Другая женщина-предприниматель описала мне несправедливую систему распределения власти. «Присутствует подспудное ощущение, что вы занимаетесь проституцией, чтобы продвинуться. Потому что, давайте будем реалистами, отношения с кем-нибудь влиятельным действительно могут открыть для вас двери. И именно на это рассчитывают женщины, которые вступают в игру, но они не знают обо всех связанных с этим рисках, — сказала она. — Если вы участвуете в этих секс-вечеринках, даже и не думайте о том, чтобы запустить проект или убедить кого-то проинвестировать вас. Эти двери закрыты. Но если вы не участвуете, вы остаетесь за бортом. Ты обречен, если участвуешь, и так же обречен, если не участвуешь».
Это напоминает нам те популярные в 1980-е годы подростковые фильмы, которые рассказывают «душевную» историю о том, как зануда-очкарик превращается в классного крутого парня, на которого вешаются все сексуальные девчонки. Но мы живем не в подростковой мечте. Большие компании не появляются магическим образом после того, как какой-нибудь ботаник переспит с кем-то три раза. Большие компании создаются в офисах, путем тяжелой работы в команде. Проблема — в том, что отношение к женщинам как к секс-игрушкам и охотницам на учредителей по выходным не может не влиять на отношение к ним как к коллегам, предпринимателям и товарищам в будни.
Адаптированный фрагмент книги Эмили Чанг «Бротопия: разрушая мужской клуб Кремниевой долины» (Brotopia: Breaking Up the Boys’ Club of Silicon Valley), которая будет издана автором 6 февраля 2018, издательство Portfolio, выходные данные Penguin Publishing Group, подразделение Penguin Random House LLC.

Фото: © РИА Новости, Александр Вильф

Автор: Эмили Чен (Emily Chang)

Источник
Оригинал публикации: “Oh my god, this is so f—ed up”: Inside silicon valley’s secretive, orgiastic dark side

Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

👁 508