EU

(Русский) Что происходит с Европой?

👁 130

عفوا، هذه المدخلة موجودة فقط في الروسية و الإنجليزية الأمريكية. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in this site default language. You may click one of the links to switch the site language to another available language.

Если нужно идентифицировать время и место, где и когда гуманитарная мечта — концепция общества, предлагающего достойную жизнь всем своим членам, — ближе всего приблизилась к реализации, то этим местом и временем, несомненно, будет Западная Европа в течение шести десятилетий после окончания Второй мировой войны. Это было одним из чудес истории — континент, опустошенный диктатурами, геноцидом и войной, превратился в модель демократии и общедоступного процветания.
На самом деле, в первые годы нынешнего столетия европейцы во многих отношениях жили лучше, чем американцы. В отличие от нас, у них было гарантированное медицинское обеспечение и связанная с ним более высокая продолжительность жизни; уровень бедности у них был значительно ниже; у них, в действительности, было больше шансов получить хорошо оплачиваемую работу в основной период своей трудовой деятельности.
Однако сегодня Европа находится в очень сложной ситуации. Разумеется, как и мы сами. Прежде всего потому, что демократия оказалась в осаде, организованной с двух сторон Атлантики, но падение свободы, если до этого дойдет дело, произойдет сначала здесь. Однако имеет смысл выйти на время из нашего собственного, связанного с Трампом кошмара и взглянуть на недуги Европы, некоторые из которых, но не все, имеют параллели у нас.
Многие проблемы Европы связаны с принятым при жизни предыдущего поколения катастрофическим решением о введении общей валюты. Создание евро привело к возникновению временной волны эйфории, и значительные потоки денег были направлены в такие страны, как Испания и Греция; но затем пузырь лопнул. Такие страны как Исландия, сохранившие свою собственную валюту, смогли быстро восстановить конкурентоспособность за счет девальвации своих денег, тогда как страны еврозоны вынуждены были вступить в период длительной депрессии, при которой отмечался высокий уровень безработицы, и, кроме того, они были вынуждены прикладывать большие усилия для сдерживания цен.
Возникшая депрессия усугубилась в результате консенсуса элит, несмотря на признаки того, что корень европейских проблем находился не в неправильно отрегулированных ценах, а в фискальной расточительности, а решением стала драконовская политика жестких экономических мер, которая лишь усугубила депрессию.
Некоторые жертвы кризиса евро, в том числе Испания, в конечном счете кое-как вернулись на конкурентный уровень. Однако другие не смогли этого сделать. Греция продолжает оставаться зоной катастрофы — а Италия, одна из трех оставшихся в Европейском союзе больших экономик, просто потеряла два последних десятилетия — ВВП на душу населения сегодня там не выше, чем в 2000 году.
Поэтому на самом деле неудивительно, что в результате проведенных в Италии в марте выборов победителями оказались партии, настроенные против Европейского союза, — популистское «Движение пяти звезд», а также крайне правая «Лига». На самом деле удивительным можно считать то, что нечто подобное не случилось раньше.
Эти партии теперь занимаются формированием правительства. Пока политика правительства еще не полностью ясна, но она, несомненно, будет включать в себя разрыв с остальной Европой на многочисленных фронтах — возвращение жесткой фискальной политике, которое вполне может привести к выходу из еврозоны, а также применение суровых мер в отношении иммигрантов и беженцев.
Никто не знает, чем это кончится, однако развитие событий в других частях Европы предлагает некоторые пугающие прецеденты. Венгрия, по сути, стала однопартийной автократией, управляемой этнонационалистической идеологией. Польша, похоже, тоже идет по этому пути.
Так что же пошло не так в «Европейском проекте», в этом длинном марше в направлении мира, демократии и процветания, поддерживаемом все более тесной экономической и политической интеграцией? Как я уже сказал, гигантская ошибка, связанная с введением евро, сыграла свою большую роль. Однако Польша, которая не присоединилась к еврозоне, осталась довольно невредимой в результате экономического кризиса, тем не менее демократия там все равно разрушается.
Мне кажется, что здесь речь идет о более глубоких причинах. В Европе всегда существовали темные силы (как и здесь). Когда пала Берлинская стена, один знакомый политолог в шутку сказал: «Теперь, когда Восточная Европа свободна от чуждой идеологии коммунизма, она может вернуться на свой истинный путь — к фашизму». Мы оба понимали, что в его словах имелся определенный смысл.
Эти темные силы удерживались под контролем благодаря престижу европейских элит, преданных демократическим ценностям. Однако этот престиж был растрачен из-за плохого управления, а возникший ущерб был дополнен нежеланием заниматься решением возникавших проблем. Правительство Венгрии повернулось спиной ко всему тому, за что выступала Европа — однако Будапешт до сих пор продолжает получать значительную помощь из Брюсселя.
И вот здесь, как мне кажется, мы находим параллели с тем, что происходит в Америке.
Верно то, что мы не пострадали от катастрофы в стиле еврозоны (Да, у нас имеется континентальная валюта, однако у нас существуют федерализованные фискальные и банковские институты, которые делают такого рода валюту рабочей). Однако неверные оценки наших «центристских» элит вполне сопоставимы с ошибками наших европейских коллег. Вспомните 2010 и 2011 годы, когда Америка еще страдала от массовой безработицы, однако Очень Серьезные Люди в Вашингтоне были зациклены на… реформе социальных пособий.
Тем временем наши центристы вместе с большей частью средств массовой информации в течение многих лет не хотели замечать радикализацию Республиканской партии и были вовлечены в почти патологически ложную эквивалентность. И вот теперь Америка управляется партией, которая так же мало уважает демократические нормы и верховенство закона, как венгерская «Фидес».
Дело в том, что проблемы в Европе, в более глубоком смысле, такие же, как в Америке. И в обоих случаях путь к искуплению будет очень и очень тяжелым.

Автор: Paul Krugman

Источник
Оригинал публикации: nytimes.com

 

Leave a Reply

لن يتم نشر عنوان بريدك الإلكتروني. الحقول الإلزامية مشار إليها بـ *

👁 130