304151.640x320

(Русский) Доктрина Трампа: какие планы у США на регионы Земли?

👁 149

Sorry, this entry is only available in Russian. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

В последнем разделе новой Стратегии национальной безопасности США описывается предполагаемое применение доктрины Трампа в региональном контексте по всему миру. Любопытные факты о планах и последствиях можно обнаружить почти по всем регионам планеты.

Индо-Тихоокеанский регион

США утверждают, что “в Индо-Тихоокеанском регионе сохраняется геополитическая конкуренция между свободными и репрессивными взглядами на мировой порядок”, поскольку Китай использует многогранные стратегии влияния в усилиях, направленных на то, чтобы заставить региональные государства следовать его экономическим и политическим моделям.

Несмотря на то что Китай представлен в качестве партнера, с которым возможны взаимовыгодные отношения, отношения в рамках стратегии Шелкового пути Пекина представляются пагубными для суверенитета партнеров Китая.

Вашингтон утверждает, что “государства во всем регионе призывают к установлению устойчивого руководства США в попытке поддержать региональный порядок, суверенитет и независимость”, что подразумевает создание коалиции по сдерживанию Китая, чтобы сохранить существующую однополярную систему, лидерство в которой принадлежит США.

Предполагаемый результат этой инициативы – это “четырехстороннее сотрудничество США с Японией, Австралией и Индией”, при этом последняя вновь упоминается как “крупный оборонный партнер”, чьи “налаживающиеся отношения во всем регионе” будут поддерживаться США.

Северная Корея определяется как “глобальная угроза, требующая глобальных ответных действий”, что подразумевает сотрудничество в области противоракетной обороны между США, Японией и Южной Кореей.

Кроме того, США хотят “возобновить союзы с Филиппинами и Таиландом, укрепить партнерство с Сингапуром, Вьетнамом, Индонезией, Малайзией и другими странами, чтобы помочь им стать партнерами в сфере морского судоходства”.

В целом США планируют использовать ASEAN и APEC в качестве региональных институтов для продвижения своих геополитических и экономических интересов, учитывая, что первый рассматривает вариант того, что ряд регионов могут стать партнерами США в реализации стратегии “управления из-за спины” при попытке “сдержать Китай”, а последний может прийти к заключению двусторонних торговых отношений.

ЕС

Россия поддается панике на фоне того, что “подрывные меры, ослабляющие доверие к приверженности Америки Европе, подрывают трансатлантическое единство и ослабляют европейские институты и правительства”, предполагая, что любое объективное развитие событий, которое даже отдаленно будет иметь отношение к любому из этих трех выводов, будет объявлено “российской пропагандой”.

Китай также упоминается в этом контексте как “завоевавший стратегическую позицию в Европе, расширяющий проведение недобросовестной торговой практики и инвестирующий в ключевые отрасли, чувствительные технологии и инфраструктуру”, показывая, что США сейчас обращают внимание на прогресс, который проект “16 + 1” достиг в регионе Трех морей в Центральной и Восточной Европе и, вероятно, продолжат информационное наступление против него в ближайшем будущем.

ИГИЛ и кризис мигрантов также отмечаются в числе серьезных угроз для ЕС.

США заявляют, что их “европейские союзники и партнеры расширяют стратегический охват и обеспечивают разрешение на пролет при проведении глобальных операций”, что объясняет причину, по которой Вашингтон, очевидно, будет соблюдать статью 5 Договора о НАТО.

Он считает, что углубление трансатлантического сотрудничества необходимо для защиты Европы от вышеупомянутых угроз, при увеличении военных расходов, направленных на модернизацию мощностей и создание “противоракетного щита” для “защиты” от России, Ирана и даже, предположительно, от Северной Кореи.

При этом попытки США “оспаривать недобросовестную торговлю и экономическую практику Китая и ограничить приобретение чувствительных технологий” в ЕС, вероятно, означают, что предложение Юнкера в сентябре 2017 г. станет “препятствием” для планов Пекина.

Кроме того, США хотят расширить свой экспорт энергоресурсов в Европу, что может привести к тому, что они будут более активно участвовать в деятельности регионов Трех морей, использующих терминалы СПГ.

Ближний Восток

Биньямин Нетаньяху и Дональд Трамп

С самого начала США обвиняли Иран во всех проблемах региона, заявляя, что “проблемы иранской экспансии, государственного краха, джихадистской идеологии, социально-экономической стагнации и регионального соперничества сотрясли Ближний Восток”, назвав Иран “ведущим государственным спонсором терроризма в мире, который, пользуясь нестабильностью региона, пытается расширить влияние через партнеров и доверенных лиц, распространяя оружие и финансирование, развивая более эффективные баллистические ракеты и укрепляя разведывательные возможности, а также совершая злонамеренные действия в киберпространстве”.

Иран представлен как высшее зло, чтобы обелить Израиль. США пытаются беззастенчиво внушить, что “угрозы от террористических организаций и угроза со стороны Ирана заставляют полагать, что Израиль не является причиной проблем региона”.

США отмечают, что их главные цели – это укрепление сотрудничества со странами Персидского залива и то, что они описывают как “независимое государство” в Ираке, причем последняя фраза намекает на то, что Вашингтон предпочтет оставаться за кулисами, чтобы противостоять влиянию Тегерана в Багдаде. Эта идея, по-видимому, подтверждается следующим отрывком, в котором США обязуются “работать с партнерами, чтобы… нейтрализовать злокачественное влияние Ирана”.

Более того, США заявляют, что “будут стремиться к урегулированию сирийской гражданской войны, чтобы обеспечить условия возвращения беженцев домой и восстановления жизни в безопасности”, что говорит об уходе от прежней одержимости идеей смены режима и, возможно, о более открытом прагматичном подходе, связанном с Россией, по этому вопросу.

Кроме того, в тексте повторяется обязательство США “содействовать реализации всеобъемлющего мирного соглашения, приемлемого как для израильтян, так и для палестинцев”, хотя это не более чем риторика для отвлечения от “решительной произраильской политики США”.

Южная и Центральная Азия

Ежегодные учение ВМС США, Японии и Индии

США обращают внимание на угрозы со стороны Пакистана в отношении различных аспектов. Например, когда авторы пишут, что их страна “считает, что Пакистан не придерживается дестабилизирующего поведения” и это заставит Пакистан активизировать свои усилия по борьбе с терроризмом, поскольку никакое партнерство не сможет выдержать поддержку страной боевиков и террористов, целью которых являются военнослужащие и чиновники страны-партнера.

Также это заставит Пакистан демонстрировать, что он является “ответственным распорядителем своих ядерных активов”, что, по сути, наводит на мысль, что Пакистан дестабилизирует регион.

Все эти враждебные выступления против Пакистана объясняют, почему США хотят, чтобы мир думал, что “перспектива индо-пакистанского военного конфликта остается главной проблемой, требующей постоянного дипломатического внимания”, так как тонко завуалированный намек предполагает, что Исламабад несет полную ответственность за это опасное положение вещей.

Подобное поведение Вашингтона предсказуемо, так как он рассматривает Нью-Дели в качестве вечного партнера для “сдерживания Китая”. Стратегическое партнерство с Индией сохранит его ведущую роль в обеспечении безопасности в Индийском океане и в более широком регионе.

Что касается Центральной Азии, то в Стратегии национальной безопасности говорится, что США “будут стимулировать экономическую интеграцию Центральной и Южной Азии в целях содействия процветанию и экономическим связям, которые будут способствовать установлению связей и налаживанию торговли”, и поскольку маловероятно, что это заявление касается поддержки CPEC, единственный реальный вывод заключается в том, что это американская поддержка центральноазиатского компонента индийского проекта Чабахар.

Этот порт базируется в Иране, поэтому США должны будут дать объяснение тому, почему они не против того, чтобы Индия сотрудничала с ненавидимым Вашингтоном Тегераном, хотя ответ может уложиться в простые формулировки о “политике по сдерживанию Китая”.

Также США заявляют, что “стремятся к тому, чтобы государства Центральной Азии, устойчивые к господству соперничающих держав, противостояли бы и тому, чтобы стать безопасными убежищами джихадистов и ставили в приоритет проведение реформ”, и что они “будут работать с государствами Центральной Азии, чтобы гарантировать доступ к региону для поддержки усилий по борьбе с терроризмом”.

Очевидно, что США стремятся использовать новую угрозу ИГИЛ для региона, которая помогла перейти от “Сирака” к Афганистану в качестве предлога для восстановления военных партнерств, которые они использовали вместе с Кыргызстаном и Узбекистаном, вплоть до того, что они снова будут базировать свои войска на их территории. Делая вид, что это только в интересах “усилий по борьбе с терроризмом”, реальная мотивация заключалась бы в том, чтобы повысить их “сопротивляемость господству стран-соперников”.

Западное полушарие

США заявляют, что “демократические государства, связанные общими ценностями и экономическими интересами, снизят насилие, сократят незаконный оборот наркотиков и нелегальную иммиграцию, которые угрожают общей безопасности”. На самом деле, речь идет о том, что США используют свою экономическую связь с латиноамериканскими государствами, чтобы противостоять трем упомянутым угрозам и на самом деле они не так уж сильно заботятся о “демократических государствах” или “общих ценностях”.

США поддерживают гондурасское правительство Хуана Орландо Эрнандеса, несмотря на то что действующий президент подозревается в подтасовке результатов выборов и в том, что применил жестокие меры подавления протестов оппозиции против него. Ненависть администрации Трампа ко всему социалистическому проявляется также в осуждении Кубы и Венесуэлы, которые, по их мнению, послужили магнитами для привлечения китайского и российского влияния в регион за счет экономических и военных средств.

В Стратегии подчеркиваются “региональные усилия США по укреплению безопасности и процветания посредством сильного дипломатического взаимодействия” и их стремление “изолировать правительства, которые отказываются выступать в качестве ответственных партнеров в продвижении мира и процветания в Западном полушарии”.

Это предполагает, что зарождающаяся модель антивенесуэльской коалиции может быть применена против многополярных государств Боливии и Никарагуа из-за их социалистических идеалов и в том случае, если они дадут жесткий отпор любой предстоящей гибридной войне, против них будут применены провокации. Заявление о том, что США “будут способствовать дальнейшим рыночным экономическим реформам и поощрять прозрачность их проведения для создания условий устойчивого процветания”, укрепляет уверенность в том, что они, вероятно, расширят свою нетрадиционную кампанию по восстановлению гегемонистского влияния на другие регионы.

С точки зрения экономического планирования в документе говорится, что США “будут модернизировать торговые соглашения и углублять экономические связи с регионом и обеспечивать почву для развития справедливой торговли”, что является лишь подтверждением известного намерения Трампа пересмотреть договор НАФТА, но что может распространиться на другую многостороннюю торговую сделку CAFTA-DR в других странах полушария и двусторонние соглашения, заключенные с Чили, Колумбией и Перу.

Формулировка “углубления экономических связей с регионом” может указывать на планы США по достижению двусторонних торговых сделок с членами МЕРКОСУР, начиная с Бразилии, а затем и всего остального блока. В целом переплетение двусторонних торговых сделок по всему полушарию де-факто станет реализацией давно назревшей “зоны свободной торговли в Северной и Южной Америке”.

Африка

Дональд Трамп приветствует африканских лидеров

В Стратегии отмечается, что Африка “представляет собой потенциальные новые рынки для товаров и услуг США”, спрос на которые “высок и, вероятно, будет расти” из-за стремления многих стран к реализации своих политических и экономических моделей. Это та риторика, которая будет применена в качестве “морковки” для привлечения африканских партнеров (подчиненных), а “палкой” станет линия риторики, связанная с вооружением, касающаяся того, что “ряд китайских стратегий подрывает долгосрочное развитие Африки, нарушая основы существования элит, доминирующих добывающих отраслей и погружая страны в неустойчивые и непрозрачные долги и обязательства”.

Если возникнут сомнения в том, что США захотят оспорить господство Китая в Африке, документ однозначно объявляет, что США “будут предлагать американские товары и услуги, которые достаточно выгодны для стран Африки, кроме того, они будут служить альтернативой экономической деятельности Китая, часто оставляющей внушительный след на континенте”.

С этой целью США “стремятся к суверенным африканским государствам, которые интегрированы в мировую экономику”. Это еще один способ заявить, что им нужны партнеры, которые отказались бы от китайской модели государственного развития и открыли свою экономику для бизнеса западных стран и его индо-японских партнеров.

И хотя есть вероятность создания антикитайского торгового блока в будущем, это маловероятно, поскольку все существующие экономические организации на континенте тесно связаны с Китаем, как и большинство стран, которые являются участниками огромной трехсторонней зоны свободной торговли 2015 г.

Однако, скорее всего, США способны совершить вторжение в Африку в отношениях в сфере безопасности в “партнерстве” с правительствами, гражданским обществом и региональными организациями, чтобы “положить конец длительным конфликтам”, что подразумевает использование стратегии “управления из-за спины”, в которых Америка гораздо более опытна, чем Китай. Опираясь на антитеррористические идеи, которые присутствуют на всей территории Африки в той или иной степени, США будут стремиться использовать свои военные преимущества для “стабилизации” этих государств в обмен на то, что они отойдут от Китая и/или заключат выгодные торговые сделки с США.

Глобальные тенденции

Изучив доктрину Трампа, можно обнаружить несколько взаимосвязанных глобальных тенденций, которые присутствуют в Стратегии национальной безопасности США.

Демонизация стратегических соперников

США изо всех сил стремятся создать своих стратегических многополярных соперников в лице России, Китая и Ирана, ответственных за глобальную дестабилизацию, чтобы отвлечь внимание от ответственности своих партнеров за такое положение дел, с особо высокой вероятностью того, что Пакистан скоро может попасть в список противников, поскольку Америка пытается превратит Индию в своего лучшего международного союзника в будущем.

Создания коалиции по “управлению из-за спины”

Демонизация стратегических соперников США дает “правдоподобный предлог” для объединения региональных коалиций против них на всем евразийском суперконтиненте и, возможно, даже в Латинской Америке, таким образом, формируя новую модель однополярного мира, который гибко адаптировался к многополярным вызовам.

Создание “щита противоракетной обороны” Одним из наиболее заметных межгосударственных проявлений сотрудничества в сфере “управления из-за спины” между США и его подчиненными является строительство “противоракетных щитов” по сфабрикованным предлогам, чтобы подорвать возможности ядерного удара со стороны России и Китая. При этом есть возможность того, что одна и та же модель будет реализована в Южной Азии для поддержки Индии против Пакистана.

Использование негосударственных угроз

Другой способ, с помощью которого США планируют использовать свою коалицию по “управлению из-за спины”, заключается в том, чтобы использовать распространенность негосударственных игроков, несущих угрозу, таких как джихадисты и транснациональные преступные организации, используя их в качестве «правдоподобного предлога» для создания целого ряда региональных баз в своих странах-партнерах.

Прекращение стратегии “Шелкового пути”

Сочетание демонизирующих инфовойн, коалиций, реализующих “управление из-за спины” и многоплановых партнерских отношений со своими союзниками приводит к выводу, что США планируют использовать все инструменты своей власти, чтобы остановить глобальный китайский проект “Один пояс – один путь” – предложение объединенных проектов “Экономического пояса Шелкового пути” и “Морского Шелкового пути XXI века”, чтобы противостоять системе многополярности и укрепить однополярную систему.

Фото: MICHAEL REYNOLDS / EPA / Дональд Трамп

Источник

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

👁 149